verh

Поиск

Карта сайта

Русские иноки на Афоне в XI - XVII вв.

PanteleimonovMonastirGrigorovichBarskiy1774

PanteleimonovMonastirGrigorovichBarskiy1774
Появление на Афоне «русских» монахов относится к древнейшему периоду истории Св. Горы. Под одним из актов Вел. Лавры (февр. 1016) стоит подпись Герасима, «монаха, милостию Божией пресвитера и игумена обители Роса» (Γερασιμος μ(ονα)χ(ος) ελε(ῳ) θ(εο)ῦ πρεσβυτερος κ(αι) ηγουμενος μονις του Ρôς - Actes de Lavra. T. 1. N 19). Греч. подпись «русского» (του Ρους) мон. Кириака стоит под одним из актов мон-ря Ксиропотам 1081 г. (Actes de Xéropotamou. N 6. P. 64). По сообщению ПВЛ, Св. Гору посетил прп. Антоний Печерский, к-рый был там пострижен в монашество и отправлен (по одним данным в 1013 г., по другим – в 1051 г.) обратно в Киев с благословением и пророчеством о том, что от него «мнози черньци имут быти» на Руси (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 156). По позднему афонскому преданию, прп. Антоний подвизался на Св. Горе в пещере близ Эсфигмена (храм над ней во имя прп. Антония Печерского сооружен в 1849, на Афоне прп. Антония именуют Эсфигменским).

GramotaGerasima1016

GramotaGerasima1016

Подпись Герасима, «игумена обители Роса», под актом 1016 г.

Первый рус. мон-рь на Афоне - обитель «Древоделя» (Ξυλουργοῦ, совр. Ксилургу, скит Богородицы, Мариинский) был посвящен Успению Пресв. Богородицы. Впервые Ксилургу назван в акте 1030 г. (без указания национальности насельников) (Actes de Saint-Pantéléèmôn. N 1). В описи движимого имущества мон-ря 1142 г. (ibid. N 7) упомянуты 49 «русских книг» (βιβλία ρούσι(κα)), о греч. книгах в акте не сказано. В описи названы также «русская золотая епитрахиль... русский плат (энхирий) накидной ... и другой [энхирий] старый русский... русский сосуд... русская шапка» (ἐπιτραχίλ(ιον) χρυσοῦν ρούσικον... ἐνχείριν ... βλατ(ιον) ρουσί(κον) ... (και) ἕτερ(ον) παλαι(ὸν) ρούσι(κον)... λεκάνι ρούσικον... κάπ(α) ρούσι(κη)). Из акта 1169 г. (ibid. N 8) следует, что Ксилургу называли «обителью русских» (Ξυλουργοῦ μονῆ ἤτοι τῶν ρουσῶν) и что здесь уже сменилось по меньшей мере одно поколение рус. насельников: «В ней мы постриглись, и много потрудились, и издержались над ее охранением и устроением, и в ней скончались родители и сродники наши, которые содержали нас и давали нам средства жить». Этим актом 1169 г. рус. монашеской общине Ксилургу по просьбе ее настоятеля Лаврентия был передан на все последующие времена пришедший в упадок мон-рь Солунянина (τοῦ Θεσσαλονικέως), возникший в кон. X в. и освященный во имя вмч. Пантелеимона (ibid. N 8). Начиная с 1169 г. мон-рь вмч. Пантелеимона стал основной рус. обителью на А. Монахи из славян, среди к-рых, возможно, были и русские, подвизались также во мн. греч. обителях: прп. Григория, Кастамоните, Кутлумуше, Филофее, прп. Ксенофонта, Ксиропотаме и др.

Несмотря на то что Пантелеимонов мон-рь на протяжении всего средневековья устойчиво именовался «обителью русов» (μονὴ τῶν ῾ρώσων, в слав. традиции - Русы), число рус. насельников здесь не было постоянным. Благодаря активным связям между рус. и серб. монашескими общинами, установившимся на рубеже XII-XIII вв., среди братии Русика было много сербов, с др. стороны, в б-ке серб. Хиландарского мон-ря сохранились древнейшие восточнослав. рукописи Афона: нотированные Стихирарь (Хиландар. № 307), кон. XII в., и Ирмологий (№ 308), нач. XIII в. В Пантелеимоновом мон-ре в 1191 или 1192 г. принял монашеский постриг сын серб. вел. жупана Растко, буд. свт. Савва Сербский. В его работе над переводом серб. («святосавской») редакции Кормчей с толкованиями, совершавшейся на А., принимали участие (судя по лексическим и орфографическим особенностям) рус. книжники. Одна из глав переведенного свт. Саввой Евергетидского Типикона получила широчайшее распространение в рус. рукописной традиции (рус. списки «Устава, како пети Псалтырь», или «Сказания [мниха Саввы] о Псалтыри» известны с XIV в.).

После установления в сер. XIII в. на Руси монголо-татар. ига число рус. иноков в Пантелеимоновом мон-ре уменьшалось и он постепенно заселялся сербами. Согласно подписи под актом 1261 г., игуменом мон-ря в то время был серб Мефодий (Actes de Docheiariou. N 7). В кон. XIII или нач. XIV в. серб. кор. Милутин (Стефан Урош II) дал Пантелеимонову мон-рю земельные пожалования, известные по подтвердительной грамоте 1312 г. имп. Андроника II. В нач. XIV в. игум. Хиландарского мон-ря Даниил (в 1324-1338 архиеп. Сербский) имел в Русике духовного отца. К сер. XIV в. обитель окончательно стала серб., в 1349 г. серб. царь Стефан Душан в своем хрисовуле отмечал «нищету последнюю манастира и еще же от Руси всеконечное оставление». С этого времени более чем на столетие ктиторами мон-ря св. Пантелеимона стали серб. правители из династий Неманичей, Хребеляновичей и Бранковичей (в монастырском архиве хранятся 7 жалованных грамот Стефана Душана, 1 - его жены Елены, 2 - св. кн. Лазаря, 2 - деспота Драгаша и его сына Константина, 1 - деспота Гюрга Бранковича). Последним серб. ктитором была дочь деспота Гюрга Бранковича, мачеха султана Мухаммеда II Завоевателя Мара (при ней Пантелеимонов мон-рь в 1466 заключил договор с восстановленным ее попечением Рильским мон-рем). После смерти Мары (1487) обязанности ктиторов унаследовали валашские воеводы Влад V Монах (Кэлугер) и его сын Раду Великий (в монастырском архиве сохранились их грамоты, соответственно 1487 и 1497, о ежегодной выплате денежной помощи). На серб. состав монастырской общины указывает извод переписанных здесь книг: Евангелия-тетр (Хиландар. № 11, 3-я четв. XIV в., писал мон. Григорий повелением игум. Исаии), «Книги о постничестве» свт. Василия Великого (Хиландар. № 476, кон. XIV в., писец - «поп Нил, у Рус[ех], трудом и откупом своим») и в особенности сборника служб небесному покровителю обители вмч. Пантелеимону (Пантелеимонов мон-рь. Слав. № 9, 2-я пол. XIV в.). В 70-х гг. XIV в. игуменом Русского мон-ря был серб старец Исаия (отождествляемый в научной лит-ре с соименным ему переводчиком на слав. язык творений Дионисия Ареопагита), активно участвовавший в примирении Сербской Церкви с К-польским Патриархатом в 1375 г. Начиная с сер. XIV до посл. четв. XV в. мон-рь вмч. Пантелеимона фактически являлся сначала 2-й, а с 80-х гг. XIV в.- 3-й (после Хиландара и мон-ря Св. Павла) серб. обителью на А., применительно к к-рой определение «Русский» указывало на предшествующую историю и имело значение топонима.

PanteleimonovMonastirGrigorovichBarskiy1774

PanteleimonovMonastirGrigorovichBarskiy1774

Свято-Пантелеимонов мон-рь (Нагорный Русик). Сев.-вост. сторона. 1744 г. Рис. В. Г. Григоровича-Барского. Литография. 1887 г.

На рубеже XV-XVI вв. были установлены офиц. отношения между Пантелеимоновым мон-рем и московскими вел. князьями и Русской митрополией. Однако экономическое положение мон-ря в XVI в., несмотря на значительные пожертвования, получаемые из Москвы, было тяжелым. Обитель долгое время не могла оправиться от последствий сильных землетрясений (1500, 1552, 1560, 1572 и 1585), восстановить разрушенные строения и оборонительные сооружения, необходимые для защиты от набегов пиратов и сухопутных разбойников. В 1568/69 г. мон-рь после уплаты тур. властям огромного выкупа за конфискованные земельные угодья вынужден был заложить все свои метохи и даже церковную казну. Мон-рь был закрыт, а его насельники разбрелись по окрестным скитам и келлиям. В 1583 г. кинот во главе с протом обратился к царю с просьбой возобновить и обустроить обитель. Однако послание совпало по времени со смертью царя Иоанна IV Васильевича Грозного, кроме того, рус. казна была истощена многолетней Ливонской войной. Просьбу удалось выполнить лишь в 1592 г., в 1619 г. был сооружен новый монастырский собор на месте старого, облик постройки запечатлен на рисунке В. Г. Григоровича-Барского 1744 г. (к сер. XIX в. от постройки 1619 остался лишь фундамент, на месте старого храма в 1870 был заложен совр. собор, достроенный в 20-х гг. XX в. и освященный митр. Антонием (Храповицким)).

В кон. XV-XVI в. в Пантелеимоновом мон-ре жили по преимуществу сербы, по крайней мере из них состояла монастырская администрация, о чем свидетельствует переписка обители того времени с московскими властями, дошедшая в рус. копиях, сделанных в Посольском приказе, но сохранившая серб. лексику и заметные следы серб. орфографии. В афонских актах рубежа XV-XVI вв. встречаются подписи рус. монахов, напр. «старца Серапиона» (1483) и «старца Вавилы» (1504/05 (Παυλικιάνωφ). P. 274-275). Трактуемая иногда как свидетельство полного отсутствия русских в составе монастырской братии в 30-х гг. XVI в. запись в рукописи Хиландарского мон-ря № 485 о том, что на праздничной трапезе в день Усекновения главы Иоанна Предтечи в 1535 г. «быша... калогери сербы и греци» (Стоянович. Кн. 4 № 6224) сделана монахом западнорус. происхождения (хотя и не относящимся к числу пантелеимоновских иноков) и фиксирует национальный состав гостей, а не хозяев. С сер. XVI в. до запустения мон-ря (в 1568/69-1583) обитель существовала «в союзе» с Хиландаром, выражавшемся, очевидно, в совместном ведении хозяйства; возможно, поэтому в кадастровых регестах 1560 г. владения мон-рей описаны вместе (Фотић. С. 103). Сохранились сведения о числе иноков в Русской обители в кон. XV-XVI в., в разные годы оно существенно колебалось и составляло (по подсчетам серб. историка А. Фотича) в 1489 (или 1517/18?) г. 120 чел., 1530/31 г.- 25, в 1561 г.- 170 чел.

В 1-й пол. XVII в. в братии Пантелеимонова мон-ря, вероятно, преобладали греки. Об этом свидетельствует, в частности, храмозданная надпись 1619 г. монастырского собора, выполненная только по-гречески (плита с этой надписью сохранилась среди уцелевших музейных экспонатов в б-ке мон-ря). Число братии в обители в 1661 г. составляло 120 чел., в 1677 г.- 200 (Фотић. С. 90). К нач. XVIII в., особенно в связи с русско-тур. войной 1686-1700 гг., Пантелеимонов мон-рь материально оскудел и братия оставила его. По свидетельству Григоровича-Барского, русские в то время были сильно притесняемы от греков и, «боящися внешней казни, убегоша в страны незнаемы».

До XVII в. рус. иноки, жившие на А. в этнически смешанных скитах и келлиях греч. мон-рей, были более многочисленными, нежели рус. насельники Пантелеимонова мон-ря. В кон. XIV и в особенности в 1-й пол. XV в. связи рус. монашества с А. после длительного перерыва возобновились и стали активными. В то время на Св. Горе подвизались буд. основатели и настоятели рус. общежительных мон-рей: прп. Сергий Нуромский († 1412), Иларион, игум. новгородского Лисицкого мон-ря (вернулся на Русь не позднее 1397), Дионисий Царьградский, архим. Спасо-Каменного мон-ря (в 1418-1425 архиеп. Ростовский), Досифей, архим. нижегородского Печерского мон-ря (был на А. в кон. XIV - нач. XV в.), прп. Арсений Коневский († 1447). Ок. 5 лет прожил на Св. Горе прп. Савва Тверской (Бороздин; † 1467), игум. тверского Саввина мон-ря в честь Сретения Господня, о чем сообщает в своей «Духовной грамоте» прп. Иосиф Волоцкий (ВМЧ. Сент. Дни 1-13. Стб. 554). С афонской традицией был тесно связан и митр. свт. Киприан (отождествленный исследователями с одноименным святогорским монахом - адресатом послания свт. Евфимия, Патриарха Тырновского, дошедшего в большом числе рус. списков с нач. XV в.). Вероятно, в нач. XV в. на А. побывал известный рус. агиограф Епифаний Премудрый, в 1420 г. Зосима, инок Троице-Сергиева мон-ря, совершил путешествие на А. и составил список 20 афонских мон-рей. Со Св. Горы монахи привозили книги, до той поры неизвестные на Руси: лисицкий игум. Иларион привез Тактикон Никона Черногорца, прп. Савва Тверской - Иерусалимский устав и Кормчую, архим. Досифей - Устав Св. Горы и Чин пения 12 псалмов.

Известны имена рус. книгописцев, трудившихся в то время на А. над перепиской книг для Руси (прежде всего аскетического содержания, из числа переводов, выполненных южнослав. книжниками в кон. XIII - 1-й пол. XV в.). Ок. 1397 г. на А. существовала небольшая рус. колония (монахи Герман, Каллиник, Кассиан и др.), по крайней мере нек-рые из иноков занимались книгописанием (этим годом, вероятно, датируется «Книга о постничестве» свт. Василия Великого - ГИМ. Увар. № 506-1° ). Примерно в то же время безвестный рус. монах приписал к серб. рукописи 1-й четв. XIV в. «Слов постнических» прп. Исаака Сирина 1-й редакции перевода маргиналии, дополняющие ее текст до более пространной 2-й редакции (РГБ. МДА.I. № 151. 2). В 1-й трети XV в. в Вел. Лавре трудились книжники с прозвищем Русин: Авраамий, к-рый переписал в 1432 г. сборник житий, принесенный в 1437 г. в тверской Саввин мон-рь (РГБ. Егор. № 543), и Афанасий (возможно, вложил в Лавру прп. Афанасия плащаницу рус. работы, датируемую ранним XV в.). В 20-х гг. XV в. в Ватопеде и в мон-ре Св. Павла переписывал книги и заказывал переводы (сербу Иакову Доброписцу) рус. инок Евсевий-Ефрем, к-рому помогал старец Митрофан. Скорее всего также на А. в 1417 или 1418 г. рус. иноками Варсонофием и Мартином был переписан большой сборник (ГИМ. Син. № 213), включающий в себя Азбучно-Иерусалимский патерик.

С сер. XV в. число известий о рус. иноках на А. существенно уменьшается. Вероятно, это вызвано, с одной стороны, напряженными отношениями между Русской Церковью и К-польским Патриархатом вследствие принятия первой решения об автокефалии, с др.- падением К-поля в 1453 г. (А. находился под властью турок с нач. XV в.). Несомненно, к устным рассказам одного из рус. святогорцев восходит повесть о свт. Савве Сербском в т. н. Сказании о Болгарской и Сербской Патриархиях, созданном, вероятно, в 60-х гг. XV в. (Белякова Е. В. Обоснование автокефалии в русских Кормчих // Церковь в истории России. М., 2000. Сб. 4. С. 141-143). Приблизительно в 70-х гг. XV в. на Св. Горе побывал «великий старец» Митрофан (Бывальцев) (судя по фамильному прозвищу, родственник митр. Феодосия), проживший там, согласно известию «Духовной грамоты» прп. Иосифа Волоцкого, 9 лет (ВМЧ. Сент. Дни 1-13. Стб. 558-559). Вероятно, в 80-х гг. XV в. на А. жил прп. Нил Сорский.

С рубежа XV-XVI вв. известны западнорус. монахи, подвизавшиеся на А., в большинстве своем они не были связаны с Пантелеимоновым мон-рем. В нач. XVI в. на Св. Гору отправился постриженик Благовещенского супрасльского мон-ря Антоний Супрасльский, к-рый, до того как принял мученическую смерть от рук мусульман в Салониках (Фессалонике), неск. лет прожил в пирге (монастырской башне) свт. Саввы Сербского. Открытым остается вопрос о национальности Гавриила, прота Св. Горы в 10-х и 20-х гг. XVI в. (с перерывом), агиографа, полемиста и переводчика с греч. на слав., поскольку прозвище Мстиславич (считающееся почему-то свидетельством восточнослав. происхождения) сопровождает его имя лишь в одном позднем списке «Выписи о втором браке великого князя Василия III».

В кон. XVI - 1-й четв. XVII в. (с перерывом в 1604-1606) на А. (преимущественно в Зографе и Хиландаре) жил выдающийся защитник Православия в Украине, неутомимый и бескомпромиссный борец с церковной унией иером. Иоанн (Вишенский). В 20-х гг. XVII в. украинские монахи переписали в Зографском мон-ре большой сборник поучений (ГИМ. Епарх. № 459). В посл. трети XVII в. переводами с греч. и с новогреч. на церковнослав. занимался на Афоне монах украинского происхождения Самуил (Бакачич). В XVII-XVIII вв. выходцы из Украины и Белоруссии преобладали среди восточнослав. монахов Афона, на это в частности, указывает большое число киевских, львовских и черниговских изданий того времени в слав. книжных собраниях Св. Горы, заметно превосходящее продукцию великорос. типографий.

К. А. Максимович, А. А. Турилов

Источник

 

 

  • Патриархия.RU
  • Правительство Москвы
  • Правительство Санкт-Петербурга
  • Фонда мира
  • Фонда Андрея Первозванного