verh

Поиск

Карта сайта

Архимандрит Эмилиан (Вафидис). Толкование на подвижнические слова аввы Исаии

33-geron aimilianos devte lavete fos

33-geron aimilianos devte lavete fos
"Если твое сердце по естеству победило грех и удалилось от рождающих грех и если ты, с ведома помощника твоего, положил перед собой вечную муку, живешь с ним и ничем его не огорчаешь, но плачешь пред ним и говоришь: "В Твоей милости избавить меня, Господи, сам же я без Твоей помощи бессилен избежать рук врага", при этом внимаешь и своему сердцу, чтобы не огорчить учащего тебя по Богу, то это по естеству Иисуса и Он охраняет тебя от всякого зла".

Для того чтобы жить по естеству Иисуса, необходимы определенные условия. Первое: твое сердце должно по естеству победить грех. А именно: как прежде для тебя было естественно грешить, принимать разные помыслы, иметь желания, стремления, так сейчас для тебя должно быть естественно не желать ничего, кроме Бога, ничем не интересоваться, ничему не радоваться и ничем не огорчаться, кроме того, что делается ради Бога. Второе6 Удались от рождающих грех, от всего, что может послужить для тебя причиной греха, положи перед собой вечную муку, пребывая рядом со своим старцем и делая все с его ведома. Ибо все то, что совершается не с ведома помощника твоего, - духовная и добровольная мука.
Третье: ничем не огорчаешь его. Живи так, чтобы ничем не огорчать своего помощника, старца. Если ты чем-то его огорчаешь, тогда твои поступки против естества и вызваны эгоизмом. Огорчение, которое ты ему приносишь, обнаруживает, что вся твоя борьба, весь твой якобы духовный плач и все твое расположение к христианской жизни - ложь, некий покров и одеяние для пригретого тобою эгоизма, который когда-нибудь тебя задушит.
Четвертое: но плачешь пред ним. Плач перед своим старцем, то есть твой плач, радость и борьба должны быть известны твоему старцу, и исповедуй перед Богом, что только Он, Бог, может тебя избавить.
Итак, если ты страстен, если видишь в себе телесное, душевное и духовное осквернение, то ты еще в противоестественном состоянии. Но если ты приобрел чувство своей греховности, совершенной немощи, если видишь, что внутри тебя начинается очищение от страстей, и если ничем не огорчаешь своего старца, учащего тебя по Богу, тогда твоя борьба ведется по естеству Иисуса, это борьба духовная. Теперь начинается твое покаяние и духовное шествие, а твой старец будет хранить тебя от всякого зла.

******
Далее с замечательной образностью описывается то, как старец содействует нам в нашем духовном шествии, поэтому стоит эту часть рассмотреть. Вывод делается такой: мы грешны потому, что любим свой грех. Мы лжем, когда говорим: "Я хочу, но не могу", потому что наше "могу" в руках Божиих. Лжем, когда говорим: "Я хочу, но мне не дают ближние", потому что моя жизнь не зависит от ближних. Есть только я и Бог. Мы лжем, когда говорим: "Я хочу, но у меня не получилось", потому что этим мы оскорбляем Бога, мы как бы утверждаем, что Бог чего-то не может. Итак, авва говорит:

"В ушах моих слышится, что мне предстоит мука, так как поистине я еще не очистил своего сердца. Рану на моем теле обратились в рубцы, но еще не стали смердеть так, чтобы я взыскал для них врачевства".

Я чувствую, что живу так, что достоин только одного: адской муки, потому что я еще не очистил свое сердце и, значит, враг находится внутри меня. Здесь авва Исаия показывает нам терзания человека, который продолжает любить грех, несмотря на то что страдает от него. Все тело мое, говорит он, в жестоких ранах, то есть в страстях и грехах. Я весь покрыт рубцами. Я столь ожесточился, что весь стал затвердевшей раной, чем-то неизлечимым. Я не чувствую боли и не ищу освобождения. Раны еще не стали смердеть так, чтобы я взыскал для них врачевства. Хотя ран у меня необычайно много, я весь покрыт рубцами, но не чувствую необходимости излечиться. Грех - это рана, нанесенная стрелами сатаны. Рубец - это след, оставшийся от раны, уплотнение кожи, которая становится твердой и уже не болит. Авва Исаия опять использует образ из обычной жизни.
К примеру, у меня образовался гнойный нарыв. Ты говоришь мне: "Давай я тебе выпущу гной булавкой", но я боюсь укола булавкой и отказываюсь. Когда гнойник увеличится и я не смогу терпеть, я позволю тебе выпустить гной, но захочу, чтобы ты сделал это как можно более безболезненно. То же самое происходит и со всем моим телом. Я вижу, что плоть моя оскверняется, немного ее очищаю, но не хочу полностью исцелиться. И лишь тогда, когда я уже весь начну гнить и издавать зловоние, я примусь за поиски лекарства. Но я еще не способен понять, что мне лекарство необходимо.

Источник

  • Патриархия.RU
  • Правительство Москвы
  • Правительство Санкт-Петербурга
  • Фонда мира
  • Фонда Андрея Первозванного