verh

Поиск

Карта сайта

Великий ученик старца Хаджи Георгия: Иеросхимонах Парфений (Гвоздев). День памяти — 10 января

ParfeniyGvozdev 1 images Библиотека Podvigniki thumb medium220 021 июля 2006 года в Перми пожар уничтожил почти целый квартал. Чудом сохранился лишь один дом, хотя слева, справа и сзади стоящие от него все строения  сгорели дотла. Никто не мог объяснить, почему пожар не затронул этот дом, пока в нем не нашли одну фотографию. На ней был изображен иеросхимонах Парфений (Гвоздев), а на обратной стороне была надпись: «... где моя карточка будет, воров и пожара там не будет...»

Отец Парфений (в миру Петр Константинович Гвоздев) родился 29 июня (12 июля) 1840 года в Петергофе. Двадцати трех лет он поступил в Сергиеву пустынь, а оттуда через семь лет прибыл на Афон. Старец Сергиевой пустыни отец Макарий не пускал своего послушника на Святую Гору. Но через некоторое время он умер, и разрушилась преграда на пути к Афону.

Но отца Парфения долго смущала мысль, что он ушел туда без благословения игумена Игнатия (Малышева), настоятеля Троице-Сергиевой пустыни, и старца отца Макария. Но когда он плыл на корабле, облокотившись на его борт, то задремал. И вот ему в сонном видении явился старец Макарий. Петр упал на колени, прося прощения, что уехал на Афон без благословения игумена. Старец же ничего не сказал своему послушнику, а только поцеловал его. Это означало, что он простил будущего афонского монаха.

Послушник Петр прибыл сначала в Руссик и хотел остаться там, но волей Божией старцы не приняли его сразу, а благословили посмотреть другие афонские обители. В это время иеромонах русского монастыря Пантелеимон (Сапожников), оставивший записки, которые легли в основу книги иеромонаха Антония Святогорца «Афонские подвижники благочестия 19 века», по благословению старца Иеронима обходил афонских пустынников.

Великий русский старец поручил собрать ему сведения о грузине иеросхимонахе Иларионе, афонском духовнике. В качестве помощника отец Пантелеимон выпросил у молдаванина отца Феофана, жившего на Керашях, его ученика — монаха Виссариона, хорошо говорившего на греческом языке и к тому же знакомого со многими здешними старцами. Место ученика отца Феофана и занял на время Петр.

Но вскоре старец узнал, что живущий неподалеку русский монах Макарий тяжело заболел, и отправил Петра к нему на помощь. Отец Макарий лежал в постели. Наступило время трапезы. Петр, прочитав в своей жизни много книг о подвижниках, знал, что многие из них питались обыкновенной травой. Увидев много зеленой травы, незадачливый послушник решил приобщиться к подвигам отцов и сварил себе кушанье из травы, которую нарвал около кельи.

Но лишь только проглотил он несколько ложек, как перед ним предстало какое-то страшилище. По бесовскому прельщению показалось Петру, что стоит чудище около двери кельи, хотя в действительности это было окно, за которым была пропасть. Испугавшись страшилища, он бросился бежать в «дверь» и, разбив стекла, упал в пропасть. Как он летел, не помнил, не чувствовал уже ничего. Но, удивительно, что он, упав в пропасть, не разбился, а только повредил себе ноги, оставшись на всю жизнь хромым.

Живший высоко на горе русский монах Павел заметил в глубине пропасти лежащего человека и сказал об этом отцу Макарию, который уже недоумевал, куда девался его послушник. Тут они увидели упомянутое варево, и им стало все понятно. Спустившись в пропасть, они на руках окружным путем принесли Петра к Хаджи Георгию. Опытный старец дал Петру выпить сразу три стакана оливкового масла, чтобы остановить действие ядовитого зелья. Но больной сильно ослаб.

Старец совершил над ним Таинство Елеосвящения, но улучшения не было. Тогда с разрешения отца Феофана, у которого Петр был в тот момент послушником, он постриг его в великую схиму с именем Парфений. Над ним прочитали отходную, и старец Хаджи Георгий положил на лицо Парфения икону «Скоропослушницы», которую взял из своего храма. Великая схима, принятая на Афоне, подразумевает, что тело монаха должна принять святогорская земля. Произошло чудо: схимонах Парфений не умер и через два месяца был абсолютно здоров.

Иеросхимонах Парфений (Гвоздев)Иеросхимонах Парфений (Гвоздев).

Икона была передана новому схимонаху, и он до конца своей жизни хранил ее и почитал как чудотворную. Отныне и до самой смерти место схимонаха Парфения было здесь, на афонской земле. Не он выбрал себе дорогу, а Сам Господь поставил его на афонскую стезю. И он стал единственным русским послушником великого старца. Пришлось выучить греческий язык. Постепенно стали приходить и другие русские, которые искали старцев, подобных отцу Георгию.

Здесь следует отметить, что в этой келлии был самый суровый на Афоне устав. Масло, вино, рыбу, сыр, яйца здесь не вкушали даже в Пасху. Не обходилось и без искушений. Некоторые старцы обвиняли отца Георгия в том, что многие его молодые послушники умирают, не вынося подобного сверхтяжелого устава.

После смерти Хаджи Георгия в 1886 году его место [старца] занял схимонах Парфений. К тому времени братство Хаджи Георгия, сменив несколько мест, поселилось в Благовещенской келлии около Кареи. Келлия была известна своим книгоиздательством и благотворительностью. Раскрываем всем известную книгу «Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого Афонского» и читаем, что издана эта книга Благовещенской келлией старца Парфения на Афоне. Впервые русский читатель увидел эту книгу благодаря афонскому старцу. Жизнеописание старца Хаджи Георгия было также составлено и издано его учеником Парфением, его можно прочесть в упоминавшейся уже книге иеромонаха Антония.

Благовещенская келлия начала XX векаБлаговещенская келлия начала XX века.

Кстати, и после смерти старца отец Парфений со своей многочисленной братией держался его устава, самого строгого на Афоне. Большевик Семенов, посетивший Афонскую Гору до революции, возмущался в своих записках, изданных в России с целью нанести удар по авторитету чтимого в народе святого места, что никто из молодых не может удержаться в келлии у отца Парфения, что подобные мучения голодом могут вынести только старики.

Как и во многих других афонских келлиях, здесь занимались иконописанием, и обитель прославилась своими иконами не только в России, но и за рубежем. Иконы, написанные братией Благовещенской обители, можно было встретить и в Берлине, и даже в Америке. Рижский архипастырь в свое время благодарил отца Парфения за иконы, присланные для задвинской Троицкой церкви. Благотворительность же отца Парфения стала легендарной. Мало того что никто из афонских сиромахов и бедняков не уходил без «благословения» — так на Афоне называется специальный дар, но отец Парфений получал по тридцать писем в день от российских бедняков, на которые отвечал.

«На широком дворе кучка нищих монахов пандахусов*, болгар, греков — все ждали милостыни от старца схимонаха Парфения. С особой наивностью, которая бывает только лишь у невинных детей, да чистых сердцем и помыслом людей, он тщетно изыскивает способы накормить и напоить алчущих и жаждущих», — пишет один из посетителей келлии.

«Не забывайте бедных и помните, что дающему Господь воздаст вдвое; помните, что мы, бедные келиоты, зависим от всего, от всяких случайностей, а вы человек, пишущий в газетах, не пишите в них неправды», — эти слова, сказанные схимонахом Парфением при прощании, врезались в память одному из паломников.

Схимонаха Парфения знали далеко за пределами Афона. Не оставил отец Парфений без внимания даже японскую миссию и отправил в страну восходящего солнца четыре иконы с частицами мощей, за что была получена от святителя Николая письменная благодарность.

Как истинные русские монахи, отец Парфений и его сподвижники немало потрудились на ниве евангельской проповеди. В Благовещенской келлии были два монаха — отец и сын — по рождению татары. И отец Парфений разглядел в младшем из них, Иоакиме Красильникове, ревность по Богу и отправил его в Палестину для изучения арабского языка, чтобы сделать его миссионером среди арабских народов. Но Господь распорядился несколько иначе: Иоаким поступил на Казанские миссионерские курсы и остался в России для проповеди среди своего народа.

Скоро иеромонахом Иоанном (таково было его монашеское имя) был организован Крященно-Татарский скит в пределах Казанской епархии. Отцу Иоанну было суждено немало потрудиться для просвещения татар. Не нужно говорить о тесной связи проповедника со своим афонским старцем. Так, усилиями отца Парфения было напечатано двадцать тысяч экземпляров брошюр религиозного содержания на татарском языке.

Православное братство святого равноапостольного князя Владимира в Берлине избрало схимонаха Парфения своим почетным членом. В начале двадцатого столетия отец Парфений начал постройку еще одного храма во имя Воскресения Христова. В келлии были свои святыни и достопримечательности: чудотворная икона «Скоропослушница» и частицы мощей, а также Святое Евангелие — дар Государыни Марии Александровны.

В заключение приведем слова из описания Благовещенской келлии, изданного в 1901 году: «Много раз пришлось побывать мне на Святой Горе — я хорошо ознакомился с тамошними монастырями, ознакомился с их уставами, внутренними порядками и образом жизни их братии. Не раз мне приходилось проводить несколько дней, а иногда даже и недель в монастырях этих, причем я, конечно, не мог не отдать справедливости их строгому уставу, труднической жизни их братии и благолепию совершаемого в них богослужения.

Однако я должен сознаться, что душа моя жаждала чего-то иного: слишком большое многолюдство, неизбежное при этом оживление — все это заставило меня подумать о более тихой жизни, которая дала бы мне возможность отрешиться от всего житейского и стать лицом к лицу с природой и ея Божественным Строителем. Под влиянием такого настроения я невольно обратил внимание на более мелкие обители, известные на Афоне под именем келлий. На расспросы мои относительно этого предмета все монахи, к которым я обращался, как бы сговорясь, указывали мне на настоятеля, или, по-афонски, старца келлии Благовещения Пресвятой Богородицы, отца Парфения, говоря, что там найду я тишину и спокойствие и увижу в братии образец исполнения христианских обязанностей».

Отец Парфений с благоговейной ревностью собирал по всему Афону разные древности. Ему по наследству достались бесценные святыни. Вот что пишет об этом отец Денасий (Юшков): «Отец Парфений, не обладая излишками тленных богатств, имеет бесценное богатство, заключающееся во множестве больших и малых частиц святых мощей угодников Божиих, наследственно перешедших к нему от его старца духовника Хаджи Георгия, а тому, в свою очередь, от его старца, духовника многих монастырей, пустынников и двух патриархов отца Неофита Караманлы, прожившего на Афоне 88 лет, а всего от роду 106 лет».

Отец Парфений сначала был большим ревнителем имябожников, много боролся с противниками, издавал и листки об этом, но в 1913 году осознал губительность дальнейшего раздора среди русских монашествующих и отрекся от этого учения. Близкое духовное родство имел отец Парфений со старцами Руссика, именно ему было поручено сказать прощальное слово во время погребения игумена Макария (Сушкина). И с последующими игуменами, и с другими старцами он поддерживал духовные отношения как в виде личных отношений, так и письменно.

Жизнеописание отца Парфения не будет полным, если мы не включим в него рассказ об  одном весьма знаменательном и интересном событии, произошедшем в городе Перми в начале этого века. 21 июля 2006 года в этом городе произошел пожар, вследствие чего сгорел почти целый квартал. Чудом сохранился лишь один дом, хотя слева, справа и сзади стоящие от него дома все сгорели дотла. Никто не мог объяснить, почему пожар не затронул этот дом, естественных объяснений для этого не было, пока не нашли одну фотографию в этом доме.

На ней был изображен иеросхимонах Парфений (Гвоздев), а на обратной стороне была следующая надпись, сделанная его рукой: «На добрую память кузену А. Смолеву. Где моя карточка будет, воров и пожара там не будет. Просим быть милостивыми к бедным. Афон. П.Х.Г. (предположительно это первые буквы благословения — пусть хранит Господь). 25 марта 1910 г. Схм. Парфений».

Надпись на фотографии иеросхимонаха Парфения (Гвоздева)

Преставился отец Парфений 28 декабря (10 января) 1917 года. Похороны были торжественными: присутствовали архиереи, почти все протатские руководители и множество монахов.

* Пандахуса — специальное разрешение от Кинота на получение милостыни.

  Публикуется по книге: «Русский Афонский Отечник XIX - XX веков».
Серия «Русский Афон XIX-XX вв.» Т. 1. Святая Гора,
Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Афоне, 2012.

 

Источник: Русский Афон
  • Патриархия.RU
  • Правительство Москвы
  • Правительство Санкт-Петербурга
  • Фонда мира
  • Фонда Андрея Первозванного